Восемьдесят девять эйсов, 94% выигранных мячей на первой подаче, ни одного проигранного сета – сухая статистика так ярко подчеркивает преимущество той теннисистки, которая по праву заслужила свой 13-й титул на турнирах «Большого шлема» и 4-й на Уимблдоне.

Я бы добавил к этим цифрам еще один показатель – ни одного матчбола у соперниц, о чем триумфатор Уимблдонского турнира Серена Уильямс успела даже пожалеть. «Немного жаль, что в этот раз мне не понадобилось отыгрываться с матчбола», - сказала американка на пресс-конференции после финала. Нет, это не попытка Серены бросить камень в огород своих оппоненток, показать свое превосходство над ними – мол, я – королева, а вы – моя свита. Просто она уже приучила болельщиков, да и саму себя к тому, что матчи с участием Уильямс-младшей, особенно решающие, имеют лихо закрученный сюжет. Думаю, Серена говорила о недополучении адреналина, об отсутствии пульсирующих вен на висках, когда ты осознаешь, что находишься в шаге от поражения, когда от одного единственного розыгрыша зависит судьба поединка. Речь идет о драйве, который является движущей силой для спортсменов. Но не ищите в Серене черт русского характера – создавать себе проблемы на пустом месте, а затем их решать а-ля Светлана Кузнецова. Русское «авось» – это не про Уильямс. Она четко знает, когда нужно сказать «Стоп!» и отодвинуть соперницу на второй план. Ты, мол, постой здесь в сторонке и посмотри. И в этот момент на корте начинается «танец» Серены Уильямс – она гипнотизирует тебя, словно мудрый Каа - бандерлогов из мультфильма про Маугли. Твое тело становится мягким и податливым, ты уже находишься под властью этого «танца», состоящего из эйсов, крученых подач и мощных ударов под заднюю линию. Твой разум отрезвляется лишь в тот момент, когда ты слышишь: «Гейм, сет, матч». Удивительно, насколько грамотно Серена распределяла силы по дистанции Уимблдонского турнира: в первых трех раундах соперницы попадали под гипноз Уильямс с самого начала поединка, о чем свидетельствует счет стартовых партий (6:0). Начиная с 4-го круга у соперниц Уильямс-младшей хватало иммунитета лишь на первый сет, а затем сценарий повторялся.

Американка напомнила мне ямайского спринтера Усэйна Болта, который на Олимпиаде в Пекине и на чемпионате мира в Берлине вот также играл со своими оппонентами в «кошки-мышки», но финал этой игры из раза в раз повторялся. Никогда не забуду выражение лица Тайсона Гэя (на фото), главного соперника Болта на стометровке, эти глаза навыкате, было видно, что человек рвет жилы ради победы, а мимо проносится реактивный самолет под названием Усэйн Болт и взлетает над соперниками и мировыми рекордами. Вот и Серена Уильямс летает там, куда соперницам вход разрешен лишь по праздникам. Как и предполагалось, обыграть Серену могли только Шарапова да Винус. Мария использовала свою попытку, закончившуюся неудачей, а Уильямс-старшая, видно, приберегла ее на потом. Вполне возможно, что на свой прощальный матч, который, если судить по физическому и игровому состоянию Винус, уже не за горами.

Были ли шансы у Веры Звонаревой обыграть Серену в финале? Наверное, нет. Конечно, нам всем хотелось бы повторения сказки 2004 года, но надо понимать психологическое состояние Веры перед решающим матчем. Выход в финал Уимблдона уже являлся для Звонаревой победой, которая сравнительно недавно полностью оправилась от разрыва связок колена. На финал у россиянки просто не осталось эмоций, плана A хватило лишь на первые 7 геймов, а плана B у Веры и ее наставника Сергея Демехина, который говорил, что «возьмем DVD всех матчей Уильямс на этом турнире, мы их посмотрим и что-нибудь придумаем», просто не оказалось. Трудно настраивать себя на победу, когда задача-максимум выполнена. Мысли уже где-то далеко, тело пребывает в неге, ты то и дело вспоминаешь сладкие моменты своего триумфа, которого от тебя никто не ждал.

«Пока я не размышляла на тему финала. Уверена, когда турнир закончится, я пойму, что мечта исполнилась».

«Слишком рано говорить о какой-то особенной стратегии. Сначала я пообщаюсь на эту тему с тренером, после чего мы решим, как надо действовать».

И пусть эти слова Звонаревой, произнесенные после полуфинальной встречи с Цветаной Пиронковой, вырваны из контекста, они помогают уловить желание Веры подольше задержать в душе это послевкусие победы, когда ты готов броситься на шею первому встречному от переполняющих тебя эмоций или, наоборот, оказаться в пустой комнате и, сжав кулачок, бубнить себе под нос: «Да, ты сделал(а) это» (кому что ближе).

У Веры Звонаревой, к сожалению, не получилось отпустить ситуацию и начать финал с чистого листа. Здесь я вспомнил слова моей знакомой, которая как-то заметила: «Не пойму, почему российские спортсмены очень часто в решающие моменты уступают соперникам, становятся какими-то мягкотелыми, боятся рисковать, в то время как другие активизируются, добиваются поставленной цели».

Ответ я нашел на страницах истории. Россия постоянно находилась под гнетом политического режима или под гнетом завоевателей; чувство порабощенности, наверное, уже передается на генетическом уровне. Вот когда есть сверхцель, сверхзадача, здесь мы готовы горы свернуть, а если всего этого нет, то русский человек, ориентированный больше на духовность, часто проигрывает представителю материалистического мира.

Зато каждый русский человек в душе носит непокоренную веру в добро. По крайней мере, в это хочется верить.